• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: fanfics (список заголовков)
04:43 

I smell sex and candy. I hate being Willy Wonka's roommate.
23.05.2013 в 22:33
Пишет Henry Nightingale:

00Q
Название: Mercy
Фэндом: 007: Координаты Скайфолл
Пейринг: 00Q
Рейтинг: NC-17
Жанры: ER, hurt/comfort, PWP, драма, даб-кон, слабый кинк на связывание
Размер: мини
Статус: завершен
Дисклаймер: Флеминг

смелее, прекрасное рисковое создание

URL записи

@темы: 00Q, Fanfics, Skyfall

00:22 

Моран/Мориарти; Впроголодь

I smell sex and candy. I hate being Willy Wonka's roommate.


Позвонками врастаться бы в спины битые, рваные.
Белым шумом сквозить в полостях
На ночном лондонском радио.
Мне кажется, мы прожили больше, чем дозволено каждому
В этих скучных былых скоростях.

Вновь бы напиться эфира.

Научиться б дышать так,
Впроголодь.

Ты слышишь, полковник? Мне еще мало мира —
И уже сполна города.

@темы: Sherlock BBC, MorMor, Fanfics

22:34 

Cracks, 2009

I smell sex and candy. I hate being Willy Wonka's roommate.



Письмо мисс Джи до сих пор хранится у меня в шкатулке. Я уже давно не перечитывала его и не так часто вспоминаю своих школьных подруг. Мы зареклись обмениваться письмами, но, чем больше месяцев проходит с конца моего последнего триместра, тем реже они приходят и тем реже я отвечаю на них сама.

В одном мисс Джи была права: внешний мир не такой, к какому нас готовят. Здесь нет заботливых смотрительниц, никто не поправляет тебе воротник перед утренней молитвой; здесь нет зорких глаз, следящих за тем, дабы с тобой не случилось беды. Когда ты попадаешь во вне, тебе приходится осваиваться. Я чувствовала себя слепым, которому дали трость, и не умела различать ни света, ни цветов. Все было для меня черно-белым, как гравюры в наших Библиях. Я до сих пор бываю слишком резка и плохо различаю полутона в мотивах и поступках других людей. Они не сразу приняли меня за свою. На мне стояло клеймо, штамп пансиона; мне казалось, что все окружающие слышат вместе со мной звук пансионовского колокольчика, когда стрелки часов останавливались на десяти.

читать дальше

@темы: Fanfics

16:33 

Алая метка

I smell sex and candy. I hate being Willy Wonka's roommate.



Красивые ложки у тети Полли блестели под жарким июльским зноем, и луч сквозь шторы пылал в неволе. Томми глядел в его блик до боли, смотрел и молча сглатывал кровь.
— Ну что ты наделал.
Она берет вату, и спирт, и воду, почти не жалко: у Полли нежные мягкие руки и голос строг, как удар кнута. Полли ни о чем не расскажет брату. Вот уже скоро придет за ним Артур. А кровь-то, шальную, из разбитого носа им обоим никак не унять.
— Куда ты все лезешь, — Полли вздыхает. А Томми молчит, Томми с детских лет знает и чует, как волк, под луною рожденный: честь страхов дороже и любой его крови, пули шальной, наставлений от старших, хоть и повод — пустяк, хоть и детские шашни, но честь — даже в рваной замшелой рубашке — никому он не даст запятнать.

Артур пьет виски и не спит по полночи, Бирмингем в нем поопаснее прочих, да только все гложет и что-то точит, то ли страх, то ли горечь, то ли вера в лжеца. В свои двадцать семь стареет он быстро, под рассвет бьется в окна уставшая птица. Завтра на скачках вновь будет нечисто.
Тяжело четверым быть за место отца.
Артур за каждого Шелби в ответе; Томас, Джон, Ада — совсем еще дети, но у Томми в глазах нет ни слез, ни обиды, только сталь — и синяк в пол лица.
Томми молчит тихой гордостью волка. Томми молчит — и молчать может долго. Хоть втыкай ему, черту, под ногти иголки — ни слова не пикнет и будет молчать.
Артур вздыхает:
— Ну, что тебе, мало? Мог бы прыгнуть и сразу с подъемного крана: там бы уж точно в секунду забрало без лишних мучений и проводных слов.
— Один против трех, ты совсем спятил, Томми?
Но Томми молчит, словно хищник в загоне. С детских лет Томми знает, за что в новолунье готов пролить кровь каждый волк.

Томми молчит. Артур вздыхает. Артур, конечно же, все понимает; он видит, он чует, он слышит и знает, как может жечь ярость и бить у виска.
С головы тянет Артур отцовскую кепку. Томми ловит ее — хватает ловко и цепко, кровь на пальцах с царапин — словно алая метка, блестят лезвия вдоль козырька.

Артур за каждого Шелби в ответе; Джон, Финн и Ада — совсем еще дети. Томас идет по проспекту в берете и стирает с рук кровь вожака.

@темы: Fanfics, Peaky Blinders

13:57 

I smell sex and candy. I hate being Willy Wonka's roommate.
Давняя зарисовка, хотелось дарка и Уилсона на Теневом троне.


Свет факела выхватил из полумрака бледное осунувшееся лицо, больше похожее на маску, чем принадлежащее человеку. Уиллоу замерла, выставив руку перед собой. Огонь гудел, жадный до воздуха, легкие полнились сыростью и стужей от каменных стен.
С лица — с той самой маски — на нее смотрели черные глаза, пламя отражалось в расширившихся зрачках. Глаза впивались в нее так, что тени шептались за спиной, и Уиллоу смотрела в ответ, пытаясь не замечать шепот. Тень подкралась к ней, положила ей на плечи незримые цепкие пальцы. Уиллоу поморщилась от омерзения, холодок пробежал по спине.
— Уилсон, — позвала она, в ее голосе звучала надежда. Тень позади дрогнула, в черных пустых глазах отразилось равнодушное любопытство.
Демон сидел на троне, окутанный мраком, как заботливыми руками. Тень любила и баюкала его, и странная колыбельная скрипела из граммофона, мерзко. Уиллоу ощутила, как надежда — это безвольное, глупое чувство для слабых — тает в ней, уступая разгорающейся злости в груди.
Она шагнула в сторону граммофона, с силой пнула его ногой. Игла процарапала пластинку, слетела в сторону, под сводами пещеры воцарилась звенящая тишина.

читать дальше

@темы: Fanfics, Don't Starve

16:09 

#мнеэтонужно

I smell sex and candy. I hate being Willy Wonka's roommate.
07.03.2013 в 04:18
Пишет giarossin:

«Everything London can do to you»
автор: postcardmystery
переводчик: giarossin
фэндом: ШХ ВВС
пейринг: МорМор/Лондон
рейтинг: nc-17
жанр: дарк, частичный закадровый ретеллинг
варнинг: насилие
описание: ожоги от сигарет, насилие, власть, кровь на руках и грязь под ногами, всё это для них — одновременно игра и оружие, друг с другом и друг для друга.
от переводчика: перевод содержит много отсебятины, ни разу не профессиональный [читай: уёбищный] и ни на что не претендует. nc-17 — авторский рейтинг; по меркам переводчика, здесь больше уместен r. fyi, пейринг — это канон.

Some of them want to get used by you
Some of them want to abuse you
Some of them want to be abused

Emily Browning — Sweet Dreams (Are Made of This)



4665 слов

URL записи

@темы: Fanfics, MorMor, Sherlock BBC

01:59 

I smell sex and candy. I hate being Willy Wonka's roommate.


Охотник Джо плакал, как маленький ребенок. Он скулил, и руки его дрожали, замерев над рукояткой танто, воткнутого в живот.
— Врач скоро будет, — полисмен склонился над ним, сидящем на крыльце. — Давай, приятель. Говори. Это та, из социальных работников, верно?
Слезы катились по небритым щекам, крупные, горячие. Джо плакал и всхлипывал, весь трясся от боли, рубашка на нем мокла и питалась красным.
— Там все было в крови…
Джо помнит, как вбежал в дом. Как увидел ее, нагую, луна играла под ее кожей и путалась в кудрявых волосах. Джо помнит ее босые ноги: те утопали в густой жесткой шерсти. Зверь сопел, лежа у подножия кровати, смотрел желтыми волчьими глазами в темноту.
— От старухи остались только кости. И плащ… Ее плащ… Она положила его в лужу крови… Она ждала, пока он станет багряным, как сама кровь.
— Как больно… — всхлипывал Джо, а потом схватился за рукоять.
Он слышал крик полисмена, а потом — треск нитей, в момент, когда рывком вынул из себя лезвие. Камни выпали из его живота, посыпались на крыльцо вместе с глухим стуком и разорванным ливером. Камни сыпались из него, когда Джо затих, и над ветхой хижиной, над лесом, над лунной ночью раздался далекий волчий вой.

@темы: Fanfics, Fairytales

20:31 

Mardi Gras

I smell sex and candy. I hate being Willy Wonka's roommate.
очередное художество по "Дворецкому" и что я забыл в этом фандоме
Михаэлис/Сатклифф, да пребудет с ними св. Людвиг. я слишком упоролся Орлеаном, даже толкнул какой-то обоснуй, почему все происходит именно там, хотя департамент жнецов вроде как Лондонский. вспомнил о корабле и оживших мертвецах, главах, где жнецы проводили расследование, и корабль уж точно плыл не по Лондону.
так что.. Марди Гра, господа. Марди Гра.


Саммари: минуло 20 лет после событий второго сезона; Сиэль обращен в демона, Себастьян, не способный выполнить свою часть контракта и поглотить душу Фантомхайва, обречен на вечное служение.


Стук каблуков доносился из глубин коридора. Отсчитывал удары вместо секундной стрелки — ее не было на курантах, массивных старых часах, черт знает, что старее: часы или сам особняк. В этом зале, где высота потолка достигала без малого 20 футов, все заливал свет, сочащийся из трех хрустальных люстр.
В этом свету столовое серебро сверкало по-особенному ярко. Себастьян выложил приборы вдоль последней тарелки — и огромный стол был готов к приему двенадцати человек с голубой кровью в жилах и насквозь прогнившей душой.
За окном разгорался Марди Гра, пока еще слабо, как огонь от спички, брошенной в камин.
Гость остановился за дверью. Себастьян опустил веки, скрывая взыгравшую в них тьму. Он знал гостя — и не был чрезмерно тому рад. Когда двери распахнулись, он с безразличием и усталостью смотрел в окно, на текущую толпу по улицам, пестрые огни и раскрашенные колесницы.
читать дальше

@темы: Fanfics, Kuroshitsuji

12:48 

I smell sex and candy. I hate being Willy Wonka's roommate.
Совместные фички с Colonel, а пора бы.

10.02.2014 в 17:28
Пишет giarossin:

продолжаем нести в мир
название: №202
авторы: Caelibem, giarossin
фэндом: ШХ ВВС
пейринг: Моран/Мориарти
рейтинг: nc-17
жанр: старое доброе ультранасилие pwp

welcome to the hotel california

URL записи
09.01.2014 в 17:21
Пишет giarossin:

«Ты никогда не видел Киллорглина»
авторы: Caelibem, giarossin
пейринг: ебать, как я люблю МорМор
категория: слэш
жанр: харт/комфорт
рейтинг: пере-R
текст и композиция саундтрека: on.fb.me/1dwyJc6

вкусить тактильного хэдканона;

URL записи

16.03.2013 в 21:31
Пишет giarossin:

«Causa Mortis»
не можешь сам написать фичок — пойди и впарь соавтору как идею для ролевой.
спонсор кинкa: bit.ly/111LIC1

авторы: giarossin, Caelibem
фэндом: ШХ ББС
пейринг: Шрёдингера

надрыв, маты, злой Моран;

URL записи

22.01.2013 в 22:45
Пишет giarossin:

«God Save the Queen»
авторы: Caelibem, giarossin
фэндом: ШХ ББС
пейринг: Моран/Мориарти

«Боже, храни Королеву!» (англ. God Save the Queen) — национальный гимн Великобритании, используемая для важных государственных и общественных событий. Является одним из старейших национальных гимнов. Выражение «Боже, храни короля!» намного старше, чем песня; молитву, начинавшуюся с этих слов, еженедельно читали в Англии на церковных службах.

кровь, секс, богохульство; long live our noble Queen!

URL записи

05.09.2012 в 02:09
Пишет giarossin:

«You Got a Killer Scene There, Man»
Кое-кто сподобился наконец-то отредактировать апрельскую прошлогоднюю ролевку. Медаль слоупока года в количестве двух штук гарантирована.

авторытакиезаебись: Caelibem и giarossin
пейринг: Моран/Мориарти
рейтинг: nc-21

графическое описание актов насилия, нецензурная лексика, расчленёнка, элементы BDSM, уруру;

URL записи

18.02.2014 в 01:44
Пишет giarossin:

с ДСВ, полковник ©
семейная традиция – цеплять друг друга на сайтах ролевых записочек на совершенно укртой хунте.

авторы: Caelibem, giarossin
фэндом: ШХ ВВС
пейринг: МорМор
рейтинг: r
жанр: pwp

семь минут до взрыва;

URL записи

@темы: Sherlock BBC, MorMor, Fanfics

10:27 

Хэллоуин, 1964

I smell sex and candy. I hate being Willy Wonka's roommate.
cтало жаль выбрасывать сей выплеск сознания. пусть валяется здесь, под катом. мне оч нужно было прост)))0

Тредсон/Мойра,
R, AU

читать дальше

@темы: Fanfics, AHS

19:17 

Черные демоны, белые демоны; МорМор

I smell sex and candy. I hate being Willy Wonka's roommate.
19:03 

Вокзал

I smell sex and candy. I hate being Willy Wonka's roommate.


Эта история началась с вокзала; длинного, исхудавшего, просвеченного зимой. Эхо диспетчера, сносимое метелью, свистало где-то над головой
и поезд дышал клубами пара.
Он стоял на перроне, у края платформы, там, где кончается Лондон и гуляет январь. В нем было что-то от кельтов, пальто без заруба, стылый сумрак в глазах — копоть и черная гарь. Он долго смотрел вдаль, а затем смял билет.
Здесь никто не слышал о нем и никто его здесь не ждал.
И знаешь, приятель, бывает такое редко, раз в десять, быть может, даже раз в сотню лет: Лондон его признал.
Он смахнул с лица соленый обветренный лед, сделал шаг — и расступились дома. Вьюга морозная меж лопаток толкала вперед, он шел, не зная, куда бредет, и черти бесились в глазах.

Нет голоднее тех, кто без имени, нет уставшее тех, кто без крова, тех, кто на силу готов выменять все до крупицы родного. В них не осталось ничего человечного, только жажда и хлесткая злая страсть.
Нет опаснее тех, кто каждый свой шаг готов в пропасть упасть.
И вот он идет, не глядя под ноги, ступая по снегу, как по чьему-то хребту; тот хрустит под ботинками, стынет воздух в столичном аду. Исчезает в толпе — он безлик, вместивший в себя тысячи лиц, и бездна под ребрами в нем не знает границ. Он не легкими дышит — пьет алчной опасной дырой. А Лондон зовет, ведет по проспектам и тянет его за собой.
Бывает такое, приятель, раз в сотню — нет, тысячу лет. Лондон принял его, как родного, и ветром замел его след. Растворил в своей тени, обнял ночами, и рябью подернулась мгла.
Там, где он прежде бывал, все изъедено было дотла.

Лондон дал ему имя, простое, как кличка, укрыл под собою от зим, и тени, как крысы, сновали повсюду и стройной толпой шли за ним.
Стекались под ноги на перекрестках с восьми бесконечных дорог. Он ел, он вгрызался, он пил этот город и брал с него все, что лишь мог. Он тратил все силы, и бездна штормила, рвала, расширяя, края. Казалось, он будто искал себе смерти в нутре своего же огня.
Но знаешь, приятель, опасен тот город, что сам выбирает тебя.
И он, не заметив, стал его сердцем, сплелись сотни нитей внутри. И так он повис, не живой и не мертвый, не дрогни и не вздохни. Темза петлей обвилась вокруг горла, лил самогон талый снег. Друг друга сжирая, искрясь, ненавидя, они с городом слились навек.

Эта история началась с вокзала, с пустого перрона и стылого января.

Тогда выла буря, мела неустанно, и кто-то, сойдя, стряхнул колкий песок,
вернувшись сюда из недр Афганистана.


в подарок для земля ника

@темы: Fanfics, MorMor, Sherlock BBC

03:04 

Уильям/Грелль; R

I smell sex and candy. I hate being Willy Wonka's roommate.



Уильям Т. Спирс делает вид, что не смотрит на стол, на белые царапины, тянущиеся по темной блестящей поверхности, где-то на тройку дюймов слева от середины. Он читает что-то, взятое из своих бумаг, подзывает прислугу, распоряжается заварить ему чай.
— Lapsang Souchong, — уточняет он и по-прежнему смотрит на бумаги. Но не туда, не на исцарапанную дубовую столешню, этот клочок хаоса в его совершенной обители, где полотенца в ванной лежат на полках, идеально сложенные, где в каждом канделябре горит ровно по пять свечей, и все они, заженные от одной спички, тают почти одинаково и, оплавившись, затухают почти одновременно.
Кажется, ему нет дела до этих царапин. Кажется, он вовсе их не замечает.
Делает вид.
Грелль Сатклифф сидит напротив, одетый в его черный махровый халат. На его красивом лице еще остались ссадины, но неглубокие, шутка по сравнению с тем месивом, что было за место них всего восемь часов назад. На Грелле Сатклиффе все заживает, как на бродячей собаке.
читать дальше

@темы: Fanfics, Kuroshitsuji

23:46 

Джим Мориарти/Елизавета II; R

I smell sex and candy. I hate being Willy Wonka's roommate.




Он никогда не звал ее «Вашим Высочеством». Приходил со своей улыбкой наперевес. Он не верил в корону, чумные пророчества, этот мерзкий, измазанный в копоти бес. Он тихо смеялся и щелкал щипцами, смывал с нее пудру, осматривал гниль.
— Тебе, дорогая, — он говорил, — с таким дряблым телом дорогой прямой в Водевиль.
Она лишь молчала, гордо и статно, чай, недаром она королевская знать. Вот только беда — Британия в ней уж давно начала умирать.
В ее тонких венах цвели воды Темзы, гас огонь Лондона в блеклых глазах. Она изгнивала, болела и чахла, ей чудилась смерть в шептавшихся голосах. Ей чудился запах предательства, страха, она — мать империи и дух островов.
В своем чреве она носила страну, что всю жизнь берегла от волхвов.
И вот лежит перед ним на спине, раздвинула ноги, из лона течет гнилая остывшая кровь. Он ей не доктор, не брат, не отец. Он паяц, гиблый шут. Вертлявый злой бес.
Взгляд его черен. Он тихо хохочет.
А затем издевается вновь.

Она от боли вопит, когда он режет ей брюхо, пуская белых червей из отравленного нутра. Он шьет, он кромсает, жжет ее чернь, он сушит ей язвы, а потом коснется бедра — так, как еще никто не касался, будто блудница она, продажная девка в абердинском порту.
Приходит в себя она лишь поутру. И долго, в спальне запершись, плачет одна.
О таком не расскажешь сестре или брату, ни консулу, ни даже Господу-Богу. Такое унесешь лишь с собой в сырую могилу. Она вытерла слезы, спустила с кровати ногу, и, накинув мантию, ушла отпевать панихиду.

Спрячут румяна под собой ее старость, пудра укроет болезнь. В ней почти уже ничего не осталось, душу свою она отдала в тот день, когда впервые отважилась пожать ему руку.
Он знал все о болезнях и сам ими был. А она была глупа и совсем близорука, и страх обращал ее в безликую тень.
О таком не расскажешь сестре или брату, ни консулу, ни даже Господу-Богу. Лишь черту, что тебе улыбается и за цену свою поспешит на подмогу.
Сосуд темной тайны давно ей почат.

Она выходит к народу, плетет его веру. И люди в восторге кричат:
«Боже, храни королеву!»

@темы: Fanfics, Sherlock BBC

20:26 

I smell sex and candy. I hate being Willy Wonka's roommate.
— И ты полагала, что сможешь спасти его, вынеся на солнце?
— Я думала, вся вина в осколке! — плакала Герда, и Кай, завернутый в холщовую ткань, лежал на ледяном полу у ее ног.
— Глупое дитя.
Королева склонялась над другим мальчиком. Застывшая кровь, посеребренная морозом, блестела розовым в инеевом свету, и Королева, играя тонкими белыми пальцами, разрезала коготком его сердце.
— Все веришь в глупые сказки. Детей забирает смерть, а не осколки. А осколки, — она подняла к свету острую льдинку перед тем, как залатать ее в мертвое мальчишеское тело, — делают их красивыми. Навсегда.
— Пожалуйста, — плакала Герда. — Пожалуйста, забери его.
Королева вздохнула, обратив взгляд в сторону Кая. Она махнула рукой, и морозный ветер сорвал ткань, обнажая гнилое, серо-синее, изъеденное трупными червями лицо.
— Глупая девчонка. — Королева с досадой покачала головой. — Теперь его не вернешь. Солнце растопило весь лед.
— Ах, Кай, — вздыхала Королева, чертя слово ВЕЧНОСТЬ на очередном хрустальном надгробии, — ты был таким красивым...
Герда плакала, и ветер выл кругом, враз обращая в лед ее слезы.

@темы: Fanfics, Fairytales

20:24 

I smell sex and candy. I hate being Willy Wonka's roommate.
Королева издала сладкий стон, прижавшись к мягкой вздымающейся груди. Ее руки огладили бедра и нагую спину, открытое бледное горло. Она склонилась над спящей Белоснежкой, поймала губами ее теплое дыхание и застыла, долго вглядывалась в фарфоровые черты ее прекрасного лица, такие тонкие, правильные, такие совершенные. Черные локоны разметались по подушке, на скулах играл молодой румянец. Юность лучилась под ее кожей, и Королева не могла отвести глаз.
— Она — лучшее, что у меня есть, — произнесла Королева, погружая пальцы в горячее влажное лоно, неглубоко, лишь коснувшись ими плевы у падчерицы внутри.
— Мы укроем ее, Ваше Величество, — ответил старший из семи гномов, толпящихся у дверей. — Ее никто не найдет здесь.
— Надеюсь, что так.
Королева достала из-под мантии яблоко, подула на него, и вновь часть ее красоты влилась в плод, яблоко налилось, став красным, как живое сердце.
— Каждое утро пусть ест она эти яблоки, — молвила Королева, кладя его девушке в руки. — И пусть моя красота обернется ядом в тот день, когда она будет осквернена мужчиной.

@темы: Fanfics, Fairytales

20:23 

I smell sex and candy. I hate being Willy Wonka's roommate.

Наверное, это случилось, когда он направил ружье прямо в лицо ублюдку. Да, наверное, именно тогда, а за спиной в панике сновали близняшки, Кудряш и тигренок Лили, и Тинкер, эта размалеванная потаскуха, истошно звенела брелками на своей заднице в короткой блестящей юбке.
Питер спросил:
— Ну что, ублюдок, теперь ты хочешь мне засадить?
Он спросил:
— Хочешь снова кончить мне в рот, суки сын?
У Крюка не было одной руки, и он не мог сложить ладони в молитве.
Так что Питер нажал на курок. Разнес ему череп в кровавое месиво. Ба! Ошметки прилипли к стенам, такие мокрые, яркие — даже в свете тусклых люминесцентных ламп. Глазная слизь вытекла на ворот. Как будто продырявили желток в воскресной яичнице. Вилкой. Ха-ха.
У Питера в папке указано, что он психопат.
Питер стреляет в людей. Разносит их мозги в клочья охотничьим патроном из папиной двустволки.
Он понял, что никогда не вырастет. Наверное, это произошло в тот самый вечер. Он прикончил ублюдка с крюком вместо левой руки, а потом облил тело керосином и бросил в него спичкой.
Питер спасается бегством от копов, ширяясь до посинения вен. 70 миллиграмм кокса — и ты в Неверленде. И ты никогда не вырастешь. И там, в Неверлэнде, это хорошо. Там стоит корабль в Русалочьей Лагуне.
В Неверлэнде Питер может летать.

@темы: Fanfics, Fairytales

13:21 

I smell sex and candy. I hate being Willy Wonka's roommate.
Название: Абстиненция
Персонажи: Шерлок Холмс/Джим Мориарти
Рейтинг: R
Жанр: даркфик, слэш
Размер: мини

читать дальше

@темы: Sherlock BBC, Fanfics

10:58 

Самайн

I smell sex and candy. I hate being Willy Wonka's roommate.
Помнишь, ты, Сказочник, мне говорил: к таким, как мы, в окна стучится Самайн. Он приходит под вечер, когда догорает камин. В его руках рвется ветер, ты говорил: мы – всадники Смерти, сбившиеся с пути.
Он нас отведет к скакунам.
Ты шептал мне о том, как мы сядем с ним в седла, как в руки возьмем удила, и кони помчатся по воздуху, высекая копытами дождь. Зачернеют под нами пустые гнилые дома. Вытяни руку – и звездную пыль соберешь. Развернутся под нами поля, заснуют огоньки по болотам. Ты расскажешь о том, как в здешних местах свой конец нашел кто-то, и был он, скажем, рыбак иль невеста, которую бросил жених. Но мы не из них. Мы свой гейс не нарушим, и наша свобода отныне не знает конца.
Такие, как мы, рождены для дождливых небес, меж созвездий Весов и Стрельца.
Для закатов без солнца, где сизая мгла заполняет собой города. Не для воя гудков или шелковых штор, неоновых кличек «Гермес».
Мы оттуда, где Ирландия спит на своих каменистых боках.
Мы оттуда, где осенью дышит чернелый злой лес, его ветви голы. Погляди на него свысока. Он все золото сбросил к ногам, то гниет у корней, запахом ветхлым ублажая рой ведьм. И чертят те мелом на скалах чудные круга.
А мы все летим сквозь проливни, ветер и дым, и склоняют к нам головы духи забытых степей. Вот мелькнул в облаках многокрылый седой Херувим и исчез, растворяясь в зыбком тумане огней. Мы летим, уносясь в бесконечные дали, к вечно мерзнувшим льдам. По морям, к снегопаду, к вою воскресных волков. Не устанут те кони. Ты шептал: никогда, никогда.
В вечном беге застынем с тобой на границе веков.

***

Тишина царит в доме. Тает свеча, и вино наполняет бокал. Ты хмельной и веселый, потерянный только слегка.
Ты все ждешь той руки, что однажды коснется стекла.
Но никто не идет. Не мерещится в сумрачной мгле. И насмешливо смотрят меж строк со страниц, где загнуты три уголка, два брата германских. Они в детстве явились тебе.
Ты им не верь. Лучше выпей еще, пусти дым в потолок. Ты давно видишь то, что другим не дано. Не надейся на ложь эту зря.
Пусть и дальше вливают в висок своей сказки больную мигрень.
Ты смеешься, и бьется в окно запоздалый канун Ноября.

@темы: Sherlock BBC, MorMor, Fanfics, Fairytales

12:13 

I smell sex and candy. I hate being Willy Wonka's roommate.
Полагаю, я не в состоянии писать однострочники: 967 слов вместо дозволенного 500. Черт с ним, пусть будет. Это же дебют в заросшем плесенью фандоме, эхей!

25.01.2013 в 22:37
Пишет der Namenlos:

Т18-13. Гробовщик/Нокс. Сидеть на коленях у Гробовщика, есть печенюшки из чужих рук.

URL записи


Солнце заливало суетливые улочки Лондона, плясало в грязных лужах под каблуками, отражалось бликами в мокрой брусчатке и еще не сошедшем снегу. Лондон хрипел и кашлял, пытаясь сбросить с себя февральскую стужу, люди ходили по нему облезлые и серые, с бледными холерными лицами и обветренными губами. Они боялись заболеть — и все же улицы были полны, и маленький мальчик, стоящий посреди переулка, коего толпа обходила, равнодушно задевая локтями, чувствовал болезнь в каждом втором.
За каждым вторым следовал неминуемый запах смерти. Но сейчас смерть была совсем рядом. Солнце путалось в золотых волосах, пекло затылок, а мальчик стоял, как вкопанный, не в силах оторвать взгляд от мужчины, рухнувшего наземь в десяти шагах от него. Он смотрел, как из приоткрытых губ сочится блеклая зеленоватая желчь. Люди шарахались в сторону, проходили, стараясь не смотреть, где-то впереди раздался испуганный женский голос:
— Врача! Кто-нибудь, позовите врача!
читать дальше

@темы: Kuroshitsuji, Fanfics

Feed The Rats

главная